— Сегодня вечером я обхожу бары, — объяснила девушка самым искренним тоном. — Первый снимок вышел плохо. Надо переделать. Вот и все. Не могли бы вы попросить этого господина меня отпустить?

— Вы работаете на «Глинер», — сказал Бонд, пропустив ее слова мимо ушей. — Как вас зовут?

— Не ваше дело.

Бонд подал Куоррелу знак, и тот принялся неторопливо выкручивать ей руку. Девушка кусала губы и молчала. Куоррел поднажал.

Она сдавленно вскрикнула, потом сказала:

— Ладно. Меня зовут Анабелла Чанг.

Ее глаза метали молнии.

— Прелестное имя, — заметил Бонд.

И обратился к Куоррелу:

— Позови хозяина.

Свободной рукой Куоррел взял вилку и постучал ею по рюмке. Тотчас подбежал толстяк.

— Вы когда-нибудь видели эту девушку?

— Да, — ответил тот. — А что, пристает? Хотите, я выброшу ее вон?

— Ну зачем же, — отказался Бонд. — Она очаровательна. Я только попрошу Вас позвонить в «Глинер» и узнать, работает ли она сегодня вечером для газеты. Если, конечно, у них вообще числится фоторепортер Анабелла Чанг.

— Сию минуту, — сказал Ники-Спрут и исчез.

— Почему Вы не позвали хозяина на помощь? — любезно осведомился Бонд.

Девушка бросила на него злобный взгляд и не ответила.

— Я в отчаянии, что нам пришлось применить силу, — сказал Бонд, — но хотелось бы узнать, зачем Вам так нужна моя карточка. Отвечайте.

— Я уже отвечала, — раздраженно бросила она. — Я выполняю свою работу.

Вернулся запыхавшийся Ники.

— Точно, — сказал он. — У них есть Анабелла Чанг. Но она работает самостоятельно, и газета покупает лишь то, что представляет для нее интерес. Сказали, что девчонка отлично фотографирует.

— Спасибо, — сказал Бонд. — Но и это не объясняет, зачем ей нужно мое фото. Хватит, шутки кончились. Отвечайте.

Их взгляды встретились. В ее глазах Бон прочел презрение.

— Никогда, — произнесла она медленно.